Category: музыка

Category was added automatically. Read all entries about "музыка".

бабочка идзу

Феруза

Я спускаюсь по лестнице из бассейна в раздевалку. Лестницу каждые пятнадцать минут вытирает насухо молодая женщина с бейджиком "Феруза". Я цепляюсь взглядом за имя. В детстве мне казалось , что Ферузой может быть только принцесса. Мы встречаемся глазами. "Здравствуйте",- выдыхает узбечка и отводит взгляд от меня - в мокром купальнике, с полотенцем на плечах - смущаясь вероятно несоразмерности одежд. Феруза сильным жестом поднимает ведро и меня накрывает. Я знаю этот жест.

... Утром, когда на круглых листьях айвы еще роса, но уже остыли от вчерашнего зноя камни, подпирающие уличный топчан, когда вода в арыке прозрачна и жжет ладони, когда спит махаля, и только петухи кричат с окраины как муэдзины, силясь дотянуться голосом к шумному центру Бухары, молодые узбечки сильным красивым жестом поднимают ведра и выходят во двор.

Я представляю, как Феруза заправляет узкой смуглой ладонью тяжелую прямую челку под синий с пурпурными загогулинами платок, как приятным мелким стуком пробегут деревянные расписные бусы, как опустится в холодную воду туго связанный веник и оставляя узоры пойдет плясать по серому, всегда чистому асфальту в утреннем ритуале. Феруза будет выметать идеально чистый двор не меньше четверти часа. А потом, когда белые дувалы зарозовеют под нежным еще солнцем, молодые узбечки махали откроют тяжелые ворота и почти одновременно станут брызгать водой у дома, пока вся улица - от ворот до ворот - не задышит утренним паром наступающей жары.

Феруза вернется во двор, расправит хан-атласные курпачи и подушки вокруг по-европейски высокого стола под виноградным навесом, уйдет в прохладный, еще спящий дом, вернется с закипевшим электрическим чайником и стопкой пиал в левой руке. Пиалы- пахта - синие, с белыми коробочками хлопка по густому как июньские ирисы полю. Заварит в таком же синем чайнике чай, развернет полотенце со вчерашней лепешкой, расколет тяжелыми дедушкиными щипцами хрустальный, цвета верблюжьего молока, кусковой сахар, нальет чаю на самое дно пиалушки... Это будут ее минуты. Умной, красивой узбекской, юной еще женщины из достойного рода.

... В душевой вспоминаю, что забыла ключ от кабинки на лежаке. Девушка с бейджиком все еще вытирает лестницу, до сухого скрипучего блеска. Я нечаянно и дольше приличного рассматриваю ее лицо- породистой, невероятной красоты узбечки. "Здравствуйте", - снова выдыхает Феруза
бабочка идзу

21 апреля

мамам мальчиков

Мальчик мой. Я твоя взрослая мама , хожу на работу, быстро вожу машину, бегаю в парке пять раз в месяц ,не больше, учу языки и наскоро крашусь в ванной, думая о великом.

Знаешь, так странно, что я только выросла, только стала большою, а ты уже тоже- взрослый. Как -то случилось, что мы повзрослели вместе и я растерялась

Мальчик, тебе пятнадцать, и мне, недавно, кажется, было тоже . Ты говоришь мне: "мать,  надо денек на кефире для этих джинсов" или "дундук ты, мамуль, ну кто так держит отвертку", с такой взрослою нежностью, что я понимаю, ты - старше.

Ты- старше и каждый день с тобою, вернее обрывки дня, оставшиеся от суеты и работы, это благословенная вечность. Такая живая. как будто это самое дыхание Аслана. В этой вечности мы оба несносны, ругаемся, спорим,  тратим минуты на нервы, но еще остаются секунды:  "Мам, посиди, расскажи, как я родился"

Тебе принесли утром, заведующая опустила пеленку: волосы длинные стояли как панковский гребень: "ничего не можем поделать. упрямый мальчишка будет". Про то, что ты родился рассказали по радио в блоке светских заметок и я очень злилась, хотела грецких орехов и забрать тебя поскорее из общей палаты для деток.

А помнишь, как я прятала в лесу киндер-сюрпризы и ты думал. что это вороны несут такие вот яйца. Кроме ворон ты очень любил сороку и рассказал мне однажды, что сам был сорокой пока не родился, мой мальчик.

Ты теперь взрослый и мы почти не "гуляем_ куда_ глаза_ только_ смотрят"  . А было: километров пятнадцать в Индии вдоль океана. Смотреть как прозрачной шоколадной кожи рыбаки тащат сети, сети пустые. солнце уже в зените, а в сетях нет рыбы. И рыбаки достают газетные свертки с рисом, просто рисом. И тебе становится первый раз по-взрослому грустно - нам возвращаться в отель, где массажи и вечерние шоу, а рыбакам- домой, с пустыми руками.

... Когда я болела и цокающее слово cancer пришло  в семью как печать на боку клейменой собаки. как деготь на воротах деревенской блудницы, тебя привозили туда, куда взрослым -  страшно. В минус 30, валенках, шубе и шарфом до огромных глаз через долгий двор городской больницы, ты шел  - вытаскивать маму.

А знаешь, что у тебя, младенца. были такие ресницы, что верхние путались с нижними и мешали моргать, когда ты плакал и тер глаза ручкой. Я мучилась с ними и гордилась, делала примочки из черного чая.

Мой мальчик, все смешалось, и я не пойму,  эти наши пятнадцать лет это много? Может быть мало, если , когда тебе плохо и жар, ты все еще просишь спеть "твою  колыбельную", и я пою ее каждый раз на новый мотив. потому что она же моя, как хочу так и буду, а ты протестуешь и требуешь, чтобы было "как раньше".

Но на людях тебя уже и не обнимешь. У тебя какая-то бурная жизнь "в контакте", википедия смсок, поводы для расстройства. о которых теперь я не знаю толком, но чувствую их так, что начинаю звонить тебе едва не среди урока. Зато у нас есть  общие шутки и только нам понятные знаки. и я тебе давно не читаю сказок, но пересказываю по-русски  "The Kite Runner" про афганских мальчишек пронзительной жизни и  ты ... ты понимаешь все меры и цены взрослой нечищенной жизни.

Мой мальчик. Иногда ты думаешь, что я "вечно тобой недовольна", ты думаешь, я контролер-мегера твоих оценок и записей в дневнике : "кидал апельсином в товарища", "взрывал неизвестное вещество на задней парте",  давлю перфекционизмом и гордыней. Трясусь , когда уезжаешь далеко на велосипеде. Мучаюсь, если не ходишь к Причастию долго. Вздыхаю показательно горько вытирая пыль с заброшенного кларнета. Превращаюсь в душную мать-наседку. мать- судью, мать- счетчик поступков. Прости меня, едва повзрослевшую бестолочь, Темыч.

Зато я тебе отдаю голоса "в контакте", катаюсь сама по себе на катке  в сторонке, так чтобы ты при случае кинул: " Кирюха, где твоя мама? смотрит "Дом-2"? а моя вон, учится делать "задний фонарик"  и подъехал  показать как правильно надо. Я готова послушать альбом (нет, вру,  пару песен) "Короля и Шута",  купить в Лиссабоне или Берлине "правильные" кроссовки, посмеяться в кино в "нужном месте". И это мои шаги навстречу, мои маленькие победы.

Знаешь, тебе пятнадцать, и мне грустно, что я только-только учусь сложной науке - быть твоей мамой. А время идет.
бабочка идзу

день защитника

Все началось с того,  что 23-го я решила поехать в Консерваторию на метро. Думаю, на Никитской в это время не припарковаться, ну и прогуляюсь.

Было хорошо. Бетховен. 5-я Чайковского. Федосеев все еще молод и одержим, декольте, старые знакомые, духи и шелест...Ах..

.. В метро, на нашей щадящей красной ветке было пусто. В вагоне трое: я,  интеллигент в очках, с бородой и оттопыренными ушами и мальчик - постарше моих студентов. Хорошо одет,  светел лицом,  пьян и с флажком России.  Наверное, одногруппницы поздравляли, а своей девочки нет- почему то подумала.

Мальчик дремал на противоположной скамейке, наискосок. Далее назовем его- Студент.

На Парке культуры в вагон ввалились трое.  Брр- подумала, - упражнение для воспитания христианской добродетели. Лет 20-23х, на затылке утрировано сдвинутые черные шапки, перегар,  пальцы. Бррр.  Далее назовем их- Гопники.

Один, как показалось, старший, сел рядом со Студентом. Двое остальных слева от меня. Стало неуютно. Про Чайковского не думалось. Захотелось читать 90й псалом, но забыла третью строчку. Я делала вид, что смотрю в книжку, но на самом деле исподволь наблюдала за Гопниками.

...  После Фрунзенской Старший Гопник не поднимаю руки выше уровня груди показал пальцем сначала на Студента, потом характерный жест пальцами , типа "выходим за ним", потом чуть выше руку к шее и в полсекунды недвусмысленный жест и дальше уже более свободным движением руки типа "раздеваем, забираем". Вся пантомима продолжалась от силы 3 или 4 секунды.

Интеллигент в бороде и ушах, как мне показлось, тоже видел.

Поезд подходил к Спортивной. Собственно  мне, как хорошо одетой девушке,  случайно оказавшейся поздним вечером в метро, все еще с Чайковским и Федосеевым в блондинистом мозге, нужно было линять. Тихо, дробным шагом. от греха. Положила книжку в сумку. Посмотрела на Студента. Подумала, что никогда не узнаю, чем закончился для него вечер...  Он чуть старше моих студентов. .

... Не понимаю, как я вытворила все остальное.

Я ткнула локтем Гопника, который сидел рядом. "Че?"- дохнуло мне перегаром Это.  Смотри: я вытащила уголком из кармашка сумки мое "парадное" удостоверение, золото на красном. Быстро, так, чтобы он увидел и золото, и красное, но не смог прочесть, что написано. "Только тронь, сядешь сегодня же"- сказала тихо и жестко. Блеф сработал.  Гопники переглянулись. Старший поднес указательный палец к плечу, там где погон. Гопник рядом кивнул.

До Университета оставалось меньше минуты.  Подошла к двери, толкнула Студента: "Милый, приехали, поднимайся. давай - давай, пойдем, котик".  Студент смотрел квадратными глазами,  наверное в тот момент, он подумал, что так и выглядит белая горячка. "Пойдем. говорю, нам пора"- мурлыкала я. чтобы не дать дураку опомниться...

На выходе обернулась, плотно и холодно посмотрела в глаза Старшему: "Вас сейчас встретят". (все Погорелые театры в этот момент должны были биться за меня)

... Объяснила все уже на платформе. Мальчик хлопал глазами, протрезвел, хотя. по-моему так и не догнал, что с ним должно было случиться. Ну и ладно. Надеюсь, в тот вечер Гопники искать другую жертву побоялись...
бабочка идзу

когда умирает учитель музыки

РАЗЫСКИВАЮТСЯ УЧЕНИКИ ИРИНЫ НИКОЛАЕВНЫ ЗАХАРОВОЙ!!!!

ну раз уж внимание толпы и лучших представителей общественности почтило внимание мою жежешечку, воспользуюсь мимолентной славой в корыстных целях.

история такая, копирую из письма:

Ирина Николаевна Захарова – Заслуженный работник культуры Российской Федерации, музыкант и педагог, жительница нашего любимого города Дубна,  личность яркая и самобытная. 
Ансамбль «Трио Дубна», создателем и участницей которого она была, многие годы радовал любителей высокой музыки не только в России, но и за рубежом.
Многие ученики Захаровой И.Н. - дипломанты российских и международных конкурсов, педагоги и студенты Московской консерватории.
Несколько лет в Дубне проводится фортепианный конкурс имени Захаровой И.Н., в котором участвуют юные пианисты из многих городов России.
С  Ириной Николаевной в 2000 году случилось несчастье. Ее парализовало, и  вот уже 8 лет она прикована к инвалидной коляске.
 Болезнь, тяжелую, иссушающую тело и душу, нельзя преодолевать только лекарствами. Необходимы сиделка и надлежащий уход. Пенсии на жизнь совершенно не хватает. Финансовые возможности друзей и коллег, многие из которых пенсионного возраста, и которые поддерживали и поддерживают  ее все эти годы, стали весьма ограниченными.
     Ирина Николаевна и сейчас продолжает по возможности быть Учителем, консультирует, помогает советами педагогам и молодым музыкантам. Можно без преувеличения сказать, что имя Захаровой  навсегда останется в культурной истории Дубны.
 Этому замечательному человеку и педагогу исполнилось 72 года и сейчас ей очень нужна помощь.
Обращаемся ко всем, кто может помочь, - помогите! Ведь «рука дающего не оскудеет…», а вместе мы  сможем сделать  доброе дело –  продлить, облегчить, а может быть, и спасти жизнь прекрасного человека

Я понимаю, что время не то, и будтерброды с икрой кончились (с). Но все-таки,  две просьбы:

1) может ли кто-то оплатить часть расходов сейчас или позже?  По эмоциональному порыву, в оасчете ли на то, что вашу учительницу на другом конце света  поддержит кто-то другой, как угодно

2) наверняка среди учеников Ирины Николаевны есть небедные люди. Может быть сможем найти? Сарафанное радио Жжешечки вполне пригодно.

Уточнить и проверить информацию:
Контактный телефон

8-906-796-25-72

Наталья Никитская,
завуч детской музыкальной школы №1 г. Дубны


как помочь:
 

Collapse )
бабочка идзу

брежневский зачет

В пнд вечером или во вторник утром мы запустим фишку, котора яназывается "Брежневский зачет" и будет посвящена 100-летию дорогого Леонида Ильича.

Вопрос пока не поздно:

что самое яркое вы помните из того времени? а если и не помните. то, что хотели бы вернуть - наверняка ведь представляете и знаете из рассказов и кино как там было.

Я бы вернула:
простоту соседских отношений,  настоящую сосенку на новый год,  походы с гитарой и котелком, такого котенка, который как бы из башмака выглядывал. а на него можно было надавитьи он пищал, игру пионербол и "резиночку", мороженое за 20 копеек, которое смешивали с пепсиколой за 45 коп в бутылке "чебурашка",  горки во дворе до самого неба, которые бесплатно и обязательно строили наши папы из всех подъездов и привычку ходить с этажа на этаж с тазиком пирожков и угощать соседей "вкусным к ужину"

А вы?
subway

линии жизни

Тогда я была юной, наглой, оторванной и нардывно романтичной журналистской.  То, что я писала в репортерских расследованиях из серии "журналист меняет профессию" или  в светских хрониках было модным, а странное имя "Наташа Квакушонок" с неформатными  фотками авторши  в колонках считалось смелым и авангардным. Ага, 90-е годы. Новости тогда брались не из интернета, а к героям (ньюсмейкеров тогда тоже не было) мы бегали с блокнотами и диктофонами "Топаз" весом в 3 кэгэ. 

В то лето Владимир Максимович и Инка уехали на гастроли, оставив мне свою восхититительную квартиру в начале улицы Горького и лохматую собаку Мулю. Муля была космата, рефлексивна и непритязательна. Ела то, что давали и тогда, когда было.

То лето было обычным новосибирским летом начала 90-х - голодное, веселое, жаркое и открытое на все стороны. Жизнь была настолько непредсказуемой и не похожей на учебники партистории, что офигевшие люди неведомой страны  жили по-Божески. То есть единым днем. Взахлест и наотмашь.

В квартире Гранатов кроме Мули были аквариум и рояль. За роялем играли джаз лучшие люди города (ага, слышали бы вы как играл Алик Лондон - младший брат бывшего телемагната Якова Рувимовича, жаль что джазовые таланты не пригодились Алику в его восхитительной казиношной карьере. Алик позже стал играть не музыку, а в рулетку, быстро и талантливо научился обыгрывать казино и стал в них персоной нон-грата)

В три часа ночи в дверь звонила соседка сверху, в халате и бигуди. "И до каких пор будет продолжаться этот б...ход?" - изрекала она справедливо, но беззлобно. Нам было смешно, и все таки стыдно. Мы ведь были оторванными, но интеллигентами молодыми людьми...

... А еще Гранаты учили меня готовить гуся по-еврейски и рассказывали, какой гениальный дядя Ваня Ромашко и неземной, замечательный актер Лосев.  Про то, как актера Лосева звали то Товстоногов, то лучшие московские театры, а он, дурак, принадлежит вовсе не Москве...

Меньше, чем через год актер Лосев умер, а я познакомилась с его сыном и родила его внука.... Но это уже другая история...